В этом году главному питерскому фестивалю STEREOLETO исполняется 18 лет — возраст, знаковый для ЛГБТ-людей в России. Из-за закона «о пропаганде» ЛГБТ-подросткам фактически запрещено читать и смотреть материалы о себе, психологам и педагогам — поддерживать несовершеннолетних квиров, а производители контента вынуждены ставить маркер «18+» на самые невинные материалы, если там упоминаются ЛГБТ. Специально к совершеннолетию STEREOLETO мы попросили разных ЛГБТ, блогеров, психологов и тинейджеров, рассказать о том, как ограничение «18+» влияет на их жизнь.

«В интернете никто не просит паспорт»

Снимок экрана 2019-07-01 в 15.59.00

АНЯ ЩЕТНИКОВА, 19 лет 
редакторка «It Gets Better Россия»

Я помню, что когда мне было 13-14 лет, шли споры вокруг закона «о пропаганде», а потом была кампания против «Детей-404». В то время я ещё не сильно осознавала, насколько всё это касается лично меня, но мне уже казалось, что происходит какой-то бред. Вскоре выяснилось, что тема ЛГБТ касается меня напрямую, но делать я ничего не могу: ни одна из клёвых ЛГБТ-организаций не может взять меня волонтёром, и на группы поддержки мне тоже нельзя. Правда, мне удалось поволонтёрить как переводчице для зарубежного проекта Global Voices, где не было ограничения по возрасту.

Хорошо, что в интернете никто не просит показать паспорт — я всегда читала и смотрела, что хотела. Конечно, ограничение «18+» странное: что такого происходит в голове человека в восемнадцатый день рождения, что позволяет начать смотреть «Игру престолов»? А вчера она бы сломала мне психику? Больше всего мне не нравилось, что я не могу посмотреть кино на большом экране в хорошей компании, даже если там нет никаких откровенных постельных сцен, но «пропагандируется ЛГБТ». Мне кажется, что в 16-17 лет я была уже достаточно осознанная и не могла «превратиться» в лесбиянку, просто посмотрев фильм.

Сейчас, после совершеннолетия, мне очень помогает иногда сходить на группу поддержки для ЛГБТ. Я сожалею, что этой возможности у меня не было пару-тройку лет назад, хотя подросткам такие группы нужны особенно. Ещё я волонтёрю в проекте «It Gets Better Россия», и мы просто обвешаны надписями «Запрещено для детей. 18+». Но изначальная цель этого проекта — в том, чтобы помогать ЛГБТ-подросткам и предотвращать самоубийства, рассказывая, что ЛГБТ это не болезнь. Не могу поверить, что есть человек, который серьёзно скажет: «Пусть лучше мой ребёнок покончит с собой, зато не дай бог не решит, что гомосексуальные отношения — нормально». Такие запреты довольно бесчеловечны.

«Не понимаю блогеров, которые ставят маркер “18+”»

Снимок экрана 2019-07-01 в 16.13.19

ОЛЬГА РАЗМАХОВА, 27 лет
психотерапевтка, руководительница движения «Психология за права человека», блогерка

Меня печалит, когда в блогах ЛГБТ-людей я вижу пост с маркером «18+», особенно если ещё и упомянут закон о так называемой «пропаганде нетрадиционных отношений». Считаю, что это только поддерживает, во-первых, легитимноть абсурдного закона, во-вторых — дискриминацию ЛГБТ-подростков, которые в России и так находятся в очень уязвимом положении.  ⠀

Результат мы с вами видим: из российских версий западного кино вырезают сцены негетеросексуальных отношений, психологини и психологи отказываются помогать подросткам. Когда вы пишите про свой опыт, когда говорите о своих отношениях и любви, когда вы занимаетесь секспросветом, когда вы пишете о нарушении прав и даже критикуете дискриминационный закон — вы не занимаетесь пропагандой. Привлечь вас по статье «о пропаганде» не так-то просто: во-первых нужно иметь такую цель, во-вторых — доказать, что ваши действия несут в себе пропагандистский характер. Даже если вас попытаются обвинить по этому закону — с вами будут бесплатно работать юристы и адвокаты Российской ЛГБТ-Сети, организация окажет вам необходимую поддержку.

Я могу понять организаторов и организаторок крупных мероприятий, которые решают проверять паспорта на входе: в их случае площадку могут закрыть в связи с вызовом полиции. Но я действительно не понимаю людей, которые ставят в своих профилях или каналах маркер «18+» просто из-за того, что там есть информация об ЛГБТ. 

«Лучше играть по правилам, чтобы обезопасить себя»

Снимок экрана 2019-07-01 в 16.32.15

ИРИНА КУ, 32 года
инстаграм-блогерка, авторка телеграм-канала Queer Culture

Я думаю, что в современных реалиях российского законодательства лучше играть по правилам, которые есть, чтобы обезопасить себя. По крайней мере сама я выбираю такую позицию, потому что у меня есть ребёнок и мне не хочется сталкиваться с дополнительными проблемами. Конечно, мне не нравится, что контент об ЛГБТ должен маркироваться «18+», но пока я решила, что мне спокойнее так.

Люди младше восемнадцати, которым нужна информация об ЛГБТ, всё равно имеют к ней доступ — например, в моих блогах она открыта, и я знаю, что среди читающих меня есть несовершеннолетние. Поэтому маркером «18+» я просто снимаю с себя ответственность, хотя и не могу быть уверена в этом до конца, так как не знаю законодательство досконально.

Когда мне пишут подписчики или подписчицы, в совершеннолетии которых я не уверена, я уточняю их возраст — опять же потому, что пока я не готова к проблемам с законом. Возможно, если бы я знала, что материально выдержу штраф, то могла бы действовать более расслабленно. А пока я считаю, что веду «пассивную пропаганду». Вероятно, когда моя дочь вырастет, я буду чувствовать себя безопаснее.

«Пометку «18+» я просто игнорировал»

Снимок экрана 2019-07-01 в 16.12.27

ДИМА, 18 лет
телеграм-блогер

Как трансчеловек, до 18 лет я не мог официально получить консультацию врача по гормональной терапии. В некоторых западных странах уже с пубертата тебе могут назначить блокаторы нежелательных гормонов, а ЗГТ — с 16 лет. Но в России ты не можешь даже обратиться к врачу с таким вопросом. В результате несовершеннолетние транслюди вынуждены думать о гормональных препаратах самостоятельно, а это — риски для здоровья. Также до 18 лет я не мог поменять документы и ходил с теми, в которых меня никто не узнавал. 

Когда я был несовершеннолетним, то всё равно читал и смотрел материалы об ЛГБТ, человеческом разнообразии и гендере, изучал, как другие ЛГБТ-люди справляются с принятием себя. Пометка «18+» на таком контенте меня не смущала — я её просто игнорировал. Думаю, что если человеку нужно что-то узнать, то он в любом случае это сделает, и пытаться ограничить доступ к такой информации — бессмысленно.

Ещё я заметил, что если раньше часто слышал что-то типа «сейчас ты ЛГБТ, но это потом пройдёт», то, когда мне исполнилось 18, ко мне начали прислушиваться внимательнее. И это парадоксально, ведь поменялась только цифра. Теперь мы с родственниками общаемся как взрослые люди, они читают статьи, которые я им присылаю, и я уверен, что переубедил большинство из них в отношении ЛГБТ.

«Отказывать в помощи ЛГБТ-подросткам неприемлемо»

ОЛЬГА
психолог

Я начала работать с ЛГБТ-подростками задолго до 2014 года: по закону индивидуальные психологические консультации может получать любой человек с 15 лет. Понятно, что когда приняли закон «о пропаганде», ЛГБТ-подростки никуда не исчезли — они по-прежнему существуют и по-прежнему продолжают обращаться ко мне.

Отказывать в помощи ЛГБТ-подросткам на основании дурацкого закона, на мой взгляд, неприемлемо ни этически, ни профессионально — особенно с учётом того, что других способов получить помощь у многих из ребят просто нет. Могу понять, когда говорить об ЛГБТ с молодым клиентом боится сотрудник государственной организации, но я не работаю в госорганизациях. Маловероятно, что посреди приёма кто-то придёт к нам в кабинет и потребует документы, подтверждающие возраст. Даже если вообразить такое — будет крайне сложно узнать, говорили мы об ЛГБТ или нет.

Услышать, что с тобой всё в порядке, часто требуется даже взрослому человеку, а уж юному — тем более. ЛГБТ-подросткам особенно важно знать, что они не одни, и что их поддерживают в том числе взрослые. Поэтому закон, фактически ограничивший для несовершеннолетних ЛГБТ доступ к такой поддержке, противоречит правам людей на получение информации и помощи, связанной с психологическим и физическим здоровьем.

«Как обойти ограничение — все прекрасно знают»

Снимок экрана 2019-07-01 в 16.42.02

КСЕНИЯ ХРАБРЫХ, 33 года
режиссёр интерактивных медиа

Я считаю, что любые ограничения для художественного произведения вредны, и нередко ещё и абсурдны. Недавно увидела, что на афише концерта Чайковского стоит маркировка «12+», а на афише военного парада — «0+». Кто решает, что смотреть на орудия убийства можно с рождения, а слушать прекрасную музыку — с 12 лет? И почему именно с 12?

Многие мои проекты связаны с остросоциальными темами, например с гендерным неравенством и правами ЛГБТ. Разумеется, закон «о пропаганде» — это сущий бред, и в своих авторских проектах, где ответственность замыкается только на мне, я не использую маркер «18+». Но в больших инфраструктурных проектах, где задействовано огромное количество людей, риски делятся между всеми участвующими. Здесь я вижу смысл ставить маркировку: это позволяет защитить людей и материал от возможных глупых претензий со стороны законодательства. 

Как обойти это ограничение «18+» на контенте — все прекрасно знают. Если ты видишь маркировку «18+» на фильме, который собираешься посмотреть онлайн — ты его просто смотришь и всё. Если сайт спрашивает, исполнилось ли тебе 18 лет — понятно, что едва ли кто-то закроет страницу и уйдёт дожидаться совершеннолетия. В общем, я считаю, что контент-маркер «18+» не работает.

Фестиваль Tinkoff STEREOLETO пройдет 6 и 7 июля в «Севкабель Порту». На пяти сценах выступят Rag’n’Bone Man, Монеточка,  IC3PEAK, Little Big, AURORA, «Мумий Тролль», АИГЕЛ, Son Lux, EMIKA и ещё более 50 артистов со всего мира. На Tinkoff STEREOLETO нет никаких возрастных ограничений, а для детей до 10 лет вообще бесплатный вход. Билеты можно купить тут.

Специально для дочитавших до этого места — скидка 20% на билеты по промокоду STEREOFRIEND.